Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

Вспоминая CBGB

От Marc H. Miller. Из ранней истории панка.
...В конце 1960-х Нью-Йорк стал местом, куда стекались вся молодежь,
заинтересованная в искусстве. Так, я приехал из Калифорнии, чтобы
продолжить высшее образование в Нью-Йоркском университете изящных
искусств. Это была весьма контрастная жизнь, скажу я вам, с тусовками между
элегантными кварталами на Пятом Авеню, прогулками по 77 улице, чаем
по пятницам на стипендию в моей крошечной квартире за 65 баксов в
месяц. Да, моя комната кишела тараканами, но зато выходила окнами на
Гринвич-Виллидж. В первые месяцы моей жизни в Нью-Йорке моим другом был Джон Уилмер, тоже из Калифорнии, он приехал учиться в Школе Изобразительных искусств. Если вы не знаете, это тот самый Джон, который арендовал чердак на 98 Bowery, но прежде чем он въехал, жернова жизни изничтожили все его иллюзии. Дык. Таковы творческие реалии. Затем было много всего - я жил с художником Карло Ди Эллис в квартире за $ 110, потом на чердаке за $ 175... Пожалуй, тогда многие верхние этажи промышленных зданий заселили молодые художники и нонконформисты. Ибо в те далекие годы чердак был магнитом для творческой и философской молодежи, такое достойное для богемы обиталище. Впрочем, перейдем сразу к моему знакомству с CBGB - каждый раз, когда я с Бетти проходил мимо шероховатых стен этого клуба, у меня возникало ощущения Сцены. Любопытство привело нас в CBGB в 1976 году, и в течение следующих трех лет мы регулярно посещали клуб три или четыре раза в неделю, встречаясь с друзьями и поглощая вдохновение. По сути мы наблюдали появление новой музыки и рождение контркультуры, которые вскоре распространились по всему земному шару. Это было больше, чем просто музыка революции, панк также влиял на визуальное искусство, моду и дизайн.
Под воздействием панка наше концептуальное искусство росло и развивалась каким-то удивительным образом, вбирающим в себя стиль, содержание жизни CBGB. Там мы стали арт-группой, сначала к Miller & Ringma, потом Miller Ringma & Hoppe. И в 1978 году мы приняли участие в выставке художников, в первой в мире выставке "Punk Art" (Вашингтон). И для нас панк в те годы проходил быстро, громко и очень весело...
Смотреть здесь

Hippie Modernism: The Struggle for Utopia

В феврале была выставка «Hippie Modernism: The Struggle for Utopia» в Музее искусств Беркли. Неудачная изначально, а причины политические. Пишу подробности. Почти ушедшие в небытие «клинтоновцы-обамовцы», были известны еще и поддержкой «мифологии хиппи»: Хиллари и Билл Клинтоны в юности «хипповали», поэтому им приходилось создавать образ респектабельных хиппи. Хотя, судя по варварски зверской философии Хиллари, хипование ограничивалось курением анаши. Так или иначе, но Клинтон спонсировала Музей хиппи, и думаю, февральская выставка суть подчеркнутое продолжение политики «позитивной мифологизации» шестидесятых.
Возможно, ее готовили «по случаю победы бывшей хиппи Хиллари Клинтон». Но не судьба, победил Трамп.
...Недавно прочитал «солидную» книгу известного искусствоведа и скучнейшего человека. Большая книга посвящена развитию «галеризма» - той самой занудной системы «экспертной оценки» и аукционов (рухнувших сегодня экономически), благодаря которой в наших современных музеях выставляются как художественные артефакты женские тампоны и мужские презервативы. Тем не менее, это полезная книга: можно детально исследовать, как искусствоведение превращается в феминистски и концептуально ориентированную структуру, единственной целью которой остается скрытое хамство и презрение «быдла», «борьба» всех против всех с обязательным разгромом то фемистками «мужской консервативной выставки», то «маскулистами» экспозиции «современного женского хамства». А язык искусствоведов в общем-то остается уличным, но для важности используются философские галлицизмы, физико-математические англицизмы и медицинские латинизмы — ну, все мы помним, как Фуко писал. Хотя за основу такого языка можно было взять работы Хайдеггера в корявых переводах Бибихина. Ну а разве искусствоведение (в конце концов) не есть языковой навык, подобный специальному языку программирования — последний вводит в шок менеджеров, и в общем-то, что не скрывает никто из программистов, служит для вытягивания денег из коммерческих структур: запуганный менеджер уж готов выложить побольше, лишь бы с ним на нормальном языке говорили.
Вернемся к выставке. Навязанное демократами представление о шестидесятых как о «мирной утопистской революции» требовало «вписать» в общую «мирную» картину отнюдь не мирных «черных пантер», «юных лордов» или какую-либо чикагскую банду с красочным названием «Смерть старого мира» - пожалуйста, понимайте этот лозунг утопически, ха-ха. Политически ориентированные кураторы жестко следовали рекомендациям, в итоге любая современная хиппи-выставка, сделанная руками демократов, похожа на
экспозицию текстильной продукции, но с вкраплениями из газетных вырезок, агрессивных знамен «борьбы за равенство», фотографий из гомосексуальных архивов, поднятых женских кулаков и контркультурной прессы с ругательствами. Причем выставки проводятся в больших серьезных помещениях, поэтому возникает непроизвольное впечатление, что кураторы выставки «всего лишь» показывают зрителю богатую квартиру с евроремонтом. Впечатление усиливается присутствием хорошо одетых юношей и девушек и вылизанных в парикмахерских, с хорошим педикюром искусствоведов и кураторов. Ниже картинки, смотрите сами.
Посмотреть фотографии экспозиции можно здесь http://www.mercurynews.com/2017/02/07/flower-power-to-the-people-the-summer-of-love-at-50/



Collapse )

Это не трубка

«Это не трубка» авторства Мишеля Фуко - вероломное ядовитое произведение, но полезное для пищеварения, как горечь полыни для аппетита. Пусть эссе-неудача, допускающее переосмысление, поблажка в угоду художникам и духу времени. Быть может, совесть антипсихиатра (Мишель Фуко друг и соратник А. Лэйнга) взыграла, поэтому все-таки эссе читается как недописанный детектив — скажет ли автор, хотя бы под конец, нечто правдиво очевидное? Мишель Фуко отклоняет сомнительные вопросы - как вопрошающий голос неопытного неофита игнорируются высоколобым епископом на престижной кафедре в Имоле. Ибо римский первосвященник не ошибается! Аргументация строится, как принято, убедительным языком анафор, аналогий, сравнений, метафор.
Постмодернистский «дискурс» требовал признать за художником и культурологом, искусствоведом, филологом право на толкование и ложь для зрителя. Художественная неправда должна оформляться в обертку философии и сопровождаться псевдолингвистическими, семиотическими экспериментами - и тогда слепленная руками ребенка конфета вроде бы приобретает кондитерские качества. Однако антипсихиатрическая философия по традиции явно рассматривает «высокий обман» творчества как еще одну форму безумия — здесь Фуко отступает от антипсихиатрии? Фуко написал эссе после смерти Магритта, в 1973 году. Десятилетиями ранее, сообщает Том Шиппи, филолог и философский биограф Д.Р. Толкина, незабываемый профессор издевательски толковал филологию
как дисциплину, погрязшую в коррупции. Если уж филология такова, то что говорить о культурологии! Впрочем, середина прошлого века - эра бурь и штормов, но корабль гуманитарной науки выплыл в гавань музейного тихого коллекционного любования артефактами искусства и коммерческого «аукционизма». Художник всегда прав, особенно когда его работы обсуждаются «профессионалами». Философские аспекты не поднимаются, ни-ни! А нечестивый зритель-скептик не допускается к алтарю. (Но однажды сатирик Аверченко рискнул посмеяться над современной ему живописью, так что же? Жалкое зрелище!)
Текст Фуко еще не до конца подобен «лексикону культуролога» - когда вместо законченных мыслей нам предлагают заимствованные из латыни, английского и немецкого, испанского языка слова, мастерски сцепленные между собой. А также насыщают текст комментариями комментариев комментариев - в духе копстких монахов, с любовью занимающихся экзегезой (помните модное в филологических кругах слово? Экзегетика - толкование Библии)
Но у Фуко уже намечаются «пластические знаки», «сотканное новое пространство», «гладкий камень, несущий слова и фигуры», «принципу полиграфического расклада»
Современность в лице физиков и математиков, составителей «Словаря скептика» будет издеваться над птичьим языком, например, Ю. Кристевой и Ж. Лакана: ученые мужи безграмотно прибегали к модным словечкам из якобы квантовой физики.
Гипертолкование - метод, ясно определяющий работу популярных искусствоведов и культурологов. И правда, когда читаешь литературоведческие статьи, например, эрудированного Томаса Венцлова, в голову непрестанно лезут непрошеные мысли: а не приписывает ли образованный поэт и либеральный критик свои взгляды в общем-то далеким от культурологии людям? Писателям, ни разу не обратившим свои взоры в сторону психологии, антропологии и тем более семиотики?
http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/Philos/fuko/trubka.php

Современный незаметный акционизм

«Левые были для акционистов скорее идиотами, правые тоже.»
Фердинанд Шматц
Из истории акционизма. Иногда думаю, что западные СМИ столь бурно реагируют на события в России из-за «родовой травмы», чувства вины: слишком уж похожа наша теперешняя жизнь на «тогдашнюю» западную. Примеры красноречивы. «Милоновский закон» (который критиковали и критикуют все кому не лень в России) слизан до мельчайших деталей с английского. Поэтому непонятно, почему тот же Стивен Фрай обозлился на российский закон, но забыл поругать свой родной. Думаю, ответ «психоаналитический»: Фрай задним числом «оправдывался» за долгие годы молчания. Ведь куда легче хором ругать Россию «сейчас», чем вспоминать, как прикусил язык в своей стране «тогда». Да, в Великобритании «милоновский закон» отменили «всего лишь» в 2003, просуществовал он почти 15 лет (если не подводит память).
Однако же это не означает, будто пресловутый «закон» так хорош — ничуть! Но сводить сложную проблему к «примитивизму ужасной России», что свойственно современным журналистам, кажется глупым занятием.
Сегодня ленты в Фейсбуке и Вконтакет также бурлят обсуждениями художественного акционизма в том же духе. И поэтому не хочется говорить об этом, мне не нравится «шумиха вообще», а уж тем более когда этот галдеж активно развивается в СМИ. Небольшая историческая справка. Западных отцов-основателей акционизма таки потаскали по судам в 60 годы и кое-кто отсидел ничего так по нынешним меркам за вроде бы сущие пустяки. Так что художников-акционистов исторически справедливо можно разделить на две категории: отсидентов и досидентов.
Достаточно интересная статья см здесь http://www.russ.ru/Mirovaya-po…/Iskusstvo-i-revolyuciya-1968
Однако я о другом. Сегодня технически продвинутый любитель современного искусства во всех его проявлениях легко заметит, как отстают от жизни художественные критики, сами художники, да и многочисленные зрители.
Потому что невозможно упоминать те же членовредительские эксперименты Павленского, но проходить мимо намного более многочисленных экспонатов большой «кунсткамеры интернет».
Зашитый рот — пустяк! Прогулка голышом по улицам — смешно! Мошонка, прибитая к мостовой - да что вы говорите! Вы отстали! Вы старики, господа акционисты и непредвзятые седые критики. Вам всем далеко за пятьдесят, увы. Как вам разрезанный на две половинки мужской орган или язык? Зашитое суровыми нитками влагалище, встроенные в кожу электронные микросхемы и тотальное преобразование тела в «тентакли»? Хотя, конечно, еще вопрос, можно ли это считать искусством. А почему нет?
В конце концов, чем отличается фотографическая картинка издевательства над мужскими половыми органами в искусствоведческом журнале от такой же (нет, неправда! намного круче!) картинки на знаменитом ресурсе BME (BME: Body Modification Ezine)?
Вы говорите: садомазохисты «не вкладывают смысл» в свои телесные эксперименты? Чепуха! Все подобные ресурсы публикуют огромное количество статей... разве что их не пишут седые скучные искусствоведы.
PS Самоцензура (ведь забанят!) заставляет меня ограничиться безобидными картинками, но поверьте: эксперименты Павленского детские, по сравнению с экзотическими радикальными способами самовыражения, свойственными современному обществу. Вся «штука» в том, что маловразумительные косноязычные «мессаджи» Павленского цитируют искусствоведы, однако признаться в любви к BME, заметить невольный плагиат те же критики не могут. Уж больно цивильные старики. Лет так через двадцать вдруг «выяснится»: эти художники из одного корыта. БДСМ и есть бдсм. Что говорить-то, мы тоже по клубам ходили.
«В Германии студенты занимали университеты, в Австрии Мюль и Брюс испражнялись на университет.» (Петер Туррини)

Collapse )

Люди с личной историей и люди без судьбы

Люди с личной историей и люди без судьбы. Сейчас «личная история» художника или писателя весьма ценится. Иногда жизнь творческого человека, эпизоды биографии входят как «добавочная стоимость» в общую «рыночную цену» работ. Это особенности мира коллекционеров и музейных работников?
Знакомимся, Gerard Fieret (1924-2009). Фотограф, чувствующий «женскую силу», как написал о нем американский искусствовед.
Gerard Fieret представитель сообщества, дающего пищу для создания «urban legend»: известный в Гааге неряшливый «дед» в грязной одежде на велосипеде, «увешанным» как елочными игрушками ведрами с кормом для птиц, сумками и другими атрибутами одинокой старости. И Жерар умер, как нищий — окруженный больными голубями, рядом с любимой кошкой и древним барахлом. Это случилось уже давно, в 2009 году. Но если сравнить отзывы искусствоведов до 2004 года (точка бифуркации, когда о фотографе заговорили более «ясно») и после, в глаза сразу бросается, что ранние статьи о творчестве фотографа старательно выглажены. Искусствоведы привычно пытались «облагородить» судьбу художника, избегали острых моментов крайне неуклюжей биографии. Ведь «шикарные» фотографии снимались в «фотостудии», где по полу бегали крысу. Из «ранних» статей мы узнаем об академическом образовании художника - Gerard Fieret учился в Королевской академии искусств до и после Второй мировой войны; изучал рисунок, живопись и графический дизайн. От пятидесятого до восьмидесятого года Жерар активно фотографирует: самого себя, детей, уличные сцены и животных. И женщин, много женщин, огромное число женщин: случайно выхваченные из толпы женщины, женщины в откровенных позах или соблазняющие глаз части женского тела. Как и в фотографиях Мирослава Тихого (этот фотограф той же «плеяды» откровенных эротоманов), в работах есть нечто вуайеристское и луддитское.
Голландский фотограф, умерший в возрасте восьмидесяти пяти лет, жил как эксцентричный аутсайдер, принципиально выступал против технически совершенных фотографий, эротизм для него был воплощением анархии.
Не все фотографии хорошо сохранились - из-за нетрадиционных методов печати (с точки зрения профессионала процесс следует назвать варварским) и столь же сомнительного способа хранения негативов.
Однако, подобно Тихому, Gerard Fieret «индивидуализирует» и «любит» собственные негативы и позитивы — на отпечатках можно заметить не только лихой автограф, но какие-то любопытные печати и даже надписи фломастером. Авторские знаки должны подчеркивать самобытность фотографа, так как художник боялся, что его стиль могут «позаимствовать».
Нельзя сказать, будто фотограф был отвержен творческим сообществом -
в 1992 году он получает премию Гааги в области изобразительного искусства.
И в последние годы перед смертью о фотографе писали в известном американском журнале, в международных фотожурналах. Это также «прижизненный коллекционный» фотограф, на аукционах его работы обойдутся вам в круглую сумму.
(К слову сказать, на одной из выставок показывали документальный фильм, снятый Жаком Мейером и Сьюзен Фэрбенкс, там же можно было приобрести биографическую книгу аж на 160 страниц за 25 евро!)

Collapse )

Эжен Атже

В пустоте города. Неудачливый моряк и актер, не успешный фотограф   Эжен Атже — глазами вынужденного самоубийцы, культуролога и добровольного марксиста Вальтера Беньямина. Конечно, в творчестве Атже многое значит несовершенство фотографической техники конца девятнадцатого века, прежде всего, длительное время, необходимое для экспозиции (сколько же писали о почти пыточных устройствах портретной фотографии!) Отсюда и огромные пустые пространства на фотографиях Атже — малочувствительные стеклянные несенсибилизированные фотопластинки неспособны передать «мгновения», выразить богатую гамму тональностей, прорисовку нюансов неба. Уже потом, значительно позднее гибели Беньямина, Маршалл Маклюэн также попытается показать важность технических  достижений для искусства. Канадский культуролог, если бы он родился в США с царившей в те годы атмосферой преклонения перед «красотой механики», наверное, еще сильнее подчеркнул, как влияет технический прогресс на творчество. 
Поэтому фотографии Атже, «поставщика»  Анри Матисса и Ман Рея, друга и наставника молодой Беренис Эббот (она трогательно заботилась о «папаше Атже»), наверное, не следует понимать лишь как «огромный полупустой и страшный город».  Действительно, Атже любит снимать уличных прохожих, но на многих зрителей  (и прежде всего на Беньямина)  фотографии Эжена Атже производят угнетающее впечатление картин «заброшенного города». 
В «программной» работе «Произведение искусства в эпоху его технической воспроизводимости» Вальтер Беньямин пишет: «С появлением фотографии экспозиционное значение начинает теснить культовое значение по всей линии. Однако культовое значение не сдается без боя. Оно закрепляется на последнем рубеже, которым оказывается человеческое лицо. Совершенно не случайно портрет занимает центральное место в ранней фотографии. Культовая функция изображения находит свое последнее прибежище в культе памяти об отсутствующих или умерших близких. В схваченном на лету выражении лица на ранних фотографиях аура в последний раз напоминает о себе. Именно в этом заключается их меланхоличная и ни с чем не сравнимая прелесть. Там же, где человек уходит с фотографии, экспозиционная функция впервые пересиливает культовую. Этот процесс зафиксировал Атже, в чем и заключается уникальное значение этого фотографа, запечатлевшего на своих снимках безлюдные парижские улицы рубежа веков. С полным правом о нем говорили, что он снимал их, словно место преступления. Ведь и место преступления безлюдно. Его снимают ради улик. У Атже фотографические снимки начинают превращаться в доказательства, представляемые на процессе истории. В этом заключается их скрытое политическое значение. Они уже требуют восприятия в определенном смысле. Свободно скользящий созерцающий взгляд здесь неуместен. Они выводят зрителя из равновесия; он чувствует: к ним нужно найти определенный подход. Указатели - как его найти - тут же выставляют ему иллюстрированные газеты. Верные или ошибочные - все равно. В них впервые стали обязательными тексты к фотографиям. И ясно, что характер их совершенно иной, чем у названий картин. Директивы, которые получает от надписей к фотографиям в иллюстрированном издании тот, кто их рассматривает, принимают вскоре еще более точный и императивный характер в кино, где восприятие каждого кадра предопределяется последовательностью всех предыдущих.»
Collapse )

Валерий Байдин, автобиография

Презентация книги Валерия Байдина "Сва", видимо, останется в памяти многих московских хиппи. Даже зачастую язвительные журналисты, посетившие "пипловское" мероприятие, немного растерялись. Так, на портале "Ты репортер" появилась статья под лихим заголовком "Столичные хиппи превратили презентацию книги в андеграундный фестиваль" (см. здесь http://www.youreporter.ru/ ugc/20121003/764887124.html )
И это правда. Валера сознательно отказался от привычного формата литературной презентации: в клубе "Китайский летчик" играла группа Сахарный Человек, Саша Иосифов, Сольми сделали небольшую выставку картин и фотографий, а Таня Яблонька устроила демонстрацию прикидов Володи Дзен Баптиста. (Глафира проводила видеосьемку этого маленького хиппового фестиваля, надеюсь, в ближайшее время мы увидим запись в хип-архиве http://vk.com/x_arhivglashamo )
Однако любая презентация требует продолжения. Потому что
хочется более глубокого "раскрытия" личности писателя, его мировоззрения: ведь интересна не только сама "хипповесть" как как литературное произведение, фигура автора также вызывает жгучее любопытство.
А для исследователей контркультуры писательская биография кажется особенно ценной.
Увы, Валера вернулся во Францию сразу после презентации.
Поэтому я не успел записать полноценное интервью с писателем.
Столь досадное упущение я решил возместить, несколько навязчиво попросил Валеру подготовить небольшую справку-автобиографию.
К счастью или к сожалению, Валера заболел нашим противным московским гриппом сразу после возвращения во Францию, поэтому свободное время посвятил эпистолярному жанру (переписываясь со мной и подробнейшим образом отвечая на интересующие меня вопросы).
На днях Валера наконец-то прислал итоговое большое письмо. Должен сказать, я настаивал на детальном "интервью", и Валера оправдал мои ожидания.
Итак, знакомимся - первая часть автобиографии Валеры Байдина.
К слову сказать, написано чудесным и легким языком, также у Валеры получилось передать атмосферу того времени.

PS. Здесь можно посмотреть небольшой фоторепортаж http://fotki.yandex.ru/users/kamenah/album/263354/ от kamenah
Интригу с издательством "Русский Гулливер" раскрывает Наташа Черных
http://russgulliver.livejournal.com/436607.html
Также Валера сердечно благодарит Наташу Мамедову, Йоку, Мэри Джо, Боцмана, Алексея Караковского за оказанную помощь (статьи, анонсы, подготовка текста), надеется продолжить сотрудничество с российской литературной тусовкой.

Фотография. На трассе. Эчмиадзин, Армения. 1972



Collapse )

"Дедушка контркультуры"

--- "Я не хотел уезжать в Америку, просто я оказался в неправильном месте в
неподходящее время."
---- "Армия патрульных сил (что-то вроде команд SWAT) вступила в бой с десятками подростков, в основном пуэрториканцами, возмущенных плохими жилищными условиями и вооруженных бутылками.
Бутылки и мусорные баки летали по улице, а полицейские бегали взад и вперед.
И посреди всего этого беспорядка виднелись флаги Петроградской Коммуны Рабочих
и знамена Вьетконга... около пятидесяти человек, в основном
белые хиппи-революционнеры шли по улице..."
Из книги, которую у нас никто не знает - "Once There Was a Village")))

Сегодня исполнилось пять лет со дня смерти "дедушки контркультуры".
Конечно, его помнят и о нем даже говорят: скажем, часто упоминают
на форумах готов и вампиров (в связи с книгой "Castle Dubrava") или на литературных "битнических" конференциях (он автор легендарной книги "Once There Was a Village", посвященной жизни в East Village).
Уверен, вы не догадались, о ком я говорю)))
Ладно, не буду интриговать: я сегодня вспоминаю Юрия Капралова -
русского человека, всю жизнь прожившего в США, создавшего свою историю битничества и творческого сопротивления Вавилону. Жаль, что помнят его
только молодые "вампиры" и "готы"((
...Некролог был опубликован 21 сентября 2005 года.
Автор, Сара Фергюсон (очень известная женщина "в наших кругах"), назвала
статью "Yuri Kapralov, a 'grandfather' of EV counterculture".
Знакомимся.
Collapse )

Из истории коммун

Недавно меня спросили, какие мне известны коммуны. Например, существуют ли (существовали) коммуны, где участники не были "леваками" или поклонниками опр рода религиозных доктрин.
Я ответил, что это хорошо изученный вопрос, и лично мне сегодня известны истории пяти "ультраправых" коммун.
У меня попросили разъяснения, как вообще такое возможно, ибо бытует мнение, что
коммуны возникают/возникали под сильным влиянием анархических идей.
Я сразу сказал: коммуны не возникали под влиянием анархистов. Анархисты заимствовали определенного рода философию у "романтиков" (и не только). Поэтому для меня связь, например, между философией Гердера и коммунитарным движением очевидна. И поэтому вполне логично существование коммун на иных, отличных от анархических и коммунистических, идеях. Как пример - т.н. "языческие" коммуны, когда язычество понимается в русле "древней народной культуры".
Показательный пример подобных коммун -
"поселения Völkische" (см. как иллюстрацию истории Siedlung Donnershag, Heimland, Vogelshof, Wiesseloh и т.д.).
Идеи, которые привели к возникновению таких поселений, нельзя назвать "либеральными" или анархическими. "Völkische поселения" были основаны на идеях немецкой идентичности; немецкий фольклор, язычество, "ариософию", "крови и почвы" и т.д. Разумеется, взгляды "коммунаров" со временем становились все более антисемитскими и антикоммунистическими. И некоторые склонны считать тамошнюю философию важной предшественницей национал-социализма. Последний явно заимствовал многие тамошние идеи, в частности, идею "национальных сообществ" (Volksgemeinschaft), "Фёлькише бевегунг" (Völkische Bewegung — народное движение)
и т.д.
Кстати, "поселения Völkische" пережили фашизм и Гитлера. Даже в 60-х годах
многие активные анархо-коммунары упрекали некоторых лидеров коммун, что процветают "принципы Völkische".
И еще любопытно, что в шестидесятых самые известные коммуны вообще основывались художниками и музыкантами (как и в Англии, Америке, других странах).
См. немецкие Amon Düül (1967), Fresenhagen (1972) и т.д.

Рут Мартен (Ruth Marten)

история панка.. Продолжение темы...
Рут Мартен (Ruth Marten)
Biography. Родилась в 1949, училась: 1967 The School of Art and Design, New York

Родилась и живет в Нью-Йорк. С 1972 по 1980 г. она была важной фигурой в мире татуировок андеграунда. Она была увлечена идеей "украшения" тела, работала во времена "диско", в "панк-эпоху", ее работы "выставлялись" в Музее современного искусства де Ла Вилле де Пари в Париже (1977 г.).
Она также много занималась книжной иллюстрацией. Говорят, ее очень сильно увлекает "тема волос". Выпустила книгу: Marten, Ruth, Histoire Un-Naturelle (w. essays by Dominque Nahas & Roger P. Thomas)
Ну и т.д.

Соб-но, современные работы..



Collapse )